Искра из-под кремня, ударяющего о сталь
Другими словами эту идею можно выразить так: «Не медлить ни доли секунды». Когда кремень ударяется о сталь, такой контакт мгновенно порождает искру, что сравнивается с разумом «не останавливающимся» ни на каком объекте, когда не остается времени для промедления (так как препятствия всякого рода могут заявить о себе). Это не означает простой мгновенности событий, следующих одно за другим. Самое главное – не позволять разуму «останавливаться» на чем-либо. В простой мгновенности нет проку, если разум «останавливается» хотя бы на мгновение. Как только это происходит, ваш разум перестает быть вашим, так как тогда он подпадает под влияние постороннего фактора. Когда разум настраивается на быструю реакцию, сама мысль об этом превращает его в пленника. (Вы не являетесь больше господином самого себя.)
В сборнике стихов (Санка-сю) Сайга мы читаем:
Ты говоришь, что ты устал от мира,
Я понимаю это так, что ты не жаждешь вовсе приюта временного.
«Жаждать» – по-японски «кокоро томэру», о чем Такуан так много говорит в этом письме к Ягю Тадзиме-но-ками. Вторую часть стихотворения можно также перевести так: «Я думаю только, что ты не останавливаешь свой разум на временном убежище». Говорят, что это стихотворение было написано одной куртизанкой из Эгу-ти. Я хочу особо отметить последнюю часть стихотворения, содержащую слова «кокоро тамуна», «не останавливать» разум, так как это как нельзя лучше применимо к искусству фехтования, которое, в конечном счете, состоит в том, чтобы не давать разуму «останавливаться» на каком-либо объекте. (На языке религии это значит «умереть для себя и жить во Христе» или, как сказал бы Бунэн Дзэндзи, «жить и быть мертвым».) В случае фехтования фехтовальщик должен освободиться от всех мыслей, связанных с жизнью и смертью, выигрышем и потерей, добром и злом, отдавшись силе, которая скрывается глубоко в тайниках его существа. «Ри» и «дзи» в этом случае будут гармонично сочетаться. Стихотворение Бунэна гласит:
Живя,
Будь мертв,
Будь абсолютно мертв —
И делай все, что хочешь,
Все будет хорошо.
«Каково высшее значение буддийского учения?» – и учитель отвечает, почти не дав вопрошающему договорить: «Ветка цветущей сливы» или «Кипарис во дворе». Тут дело не в том, чтобы обязательно дать подходящий ответ, а в том, чтобы не позволить разуму «остановиться» на чем-либо. Такой разум не «останавливается» ни на цвете, ни на запахе. Такуан пользуется словом «ицуру» в значении «останавливать» или «остановка». «Ицуру» – это синоним «кокоро во томэру», что буквально означает «пассивное перемещение от одной вещи к другой» или «порабощение внимания человека каким-либо объектом, перенесение сознания в этот объект и пребывание в нем. Такой „не останавливающийся разум“ в своей первозданной чистоте блажен, как Бог, его чтят, как Будду. Это не что иное, как разум дзэна или высший предел искусства. Ответ, данный после размышления на вопрос, подобный вышеупомянутому, может быть великолепным и преисполненным мудрости, но он, в конце концов, принадлежит стадии Неведения и Препятствия (авидья-клеша). Дзэн имеет дело с „моментом мгновенности“, в который кремень высекает искру, когда ударяется о сталь. Он подобен молнии. Чей-то голос зовет: „Господин Уэмон“, и человек мгновенно отвечает: „Да“. Вот Неподвижная праджня. Когда этого человека зовут: „Господин Уэмон“ и он останавливается и медлит, размышляя, в чем там дело, наконец отвечает: „В чем дело?“ – то это исходит из разума, пребывающего в неведении и окруженного препятствием. Где бы и на чем бы он ни „останавливался“, это является признаком того, что им движет что-то внешнее, что он заблуждается. Говорят, что таким разумом наделено обыкновенное существо, пребывающее в стадии Неведения и Препятствий. С другой стороны, то, что дает мгновенный ответ на обращение: „Господин Уэмон“, есть праджня всех Будд. Будды и все существа, Боги и люди, представляют одно целое. Бог или Будда – это название, данное такому разуму (отождествленному с праджней). Путь Богов, путь Поэзии, путь Конфуция – существует много путей (Дао), но все они являются выражением Единого разума. https://www.rulit.me/books/osnovy-dzen- … 2-152.html
«Новые видящие советуют поступать очень просто, столкнувшись в пути с чувствами нетерпения, отчаяния, гнева или печали. Они говорят, что нужно вращать глазами. В любом направлении. Лично я предпочитаю по часовой стрелке. Такое движение глаз моментально сдвигает точку сборки. И в тот же миг приходит облегчение. Этот способ может временно использоваться, пока не достигнуто совершенство во владении намерением». Дон Хуан
Ну а в йоге, концепции искры из-под кремня, ударяющего о сталь, полностью отвечает совершенно недооценённая нынче её часть - хатха-йога, особенно динамическая её часть, виньясаны, и даже в асанах ум и тело постоянно согласованно движутся, сохраняя видимую неподвижность. Тело подчиняется замыслу ума, ум подчиняется желанию, если так можно выразиться, тела, двигаться по своим траекториям, полагаясь на ощущения, постоянно "держа руку на пульсе", тело становится инструментом ума, его глазоухонюхом, обеспечивая обратную связь.
Ум слеп без обратной связи, голова профессора Доуэля была жива, как личность профессора, только благодаря сохранённой памяти, при этом, будучи кастрирована не только в прямом смысле, но и в переносном, от многих эмоций, которые могут переживаться только благодаря наличию обратной связи с телом. Она не могла испытывать эмоцию смеха, для смеха нужен дрожащий живот, попробуйте испытать эту эмоцию без дрожания живота... Но она могла испытывать радость, губы остались на месте, их уголки уму профессора можно было приподнять... И так далее... Могла бы голова профессора мыслить словами, если бы её лишили также и голосовых связок? Вряд ли. Нет обратной связи ума и их дрожанием, значит нет и вербальных мыслей... Профессору пришлось бы учиться мыслить заново, и как-то иначе.
Практика хатха-йоги это именно практика ума, все остальные эффекты лишь побочные, и не идут самоцелью, в отличие от физкультуры и спорта. Как только тело начинает двигаться, ум естественным способом сосредотачивается, внимание скользит, охватывая и части, и всё тело целиком. И думает в моменте. Можно и физкультуру превратить в йогу, всё дело в наблюдательности процессов, осознанности, и отсутствии тупой механичности. А вот спорт нельзя. Спорт для соревнования физическими данными, сугубо во славу материализма, а йога дело внутреннее, индивидуальное... Физическая часть Хатха-йоги лежит в основании пирамиды 8-ми ступенчатой аштанга-йоги, занимая первые четыре ступени!
Яма — этические принципы, отношение к миру (например, ненасилие, правдивость).
Нияма — личная дисциплина, отношение к себе (чистота, удовлетворённость, самодисциплина и др.).
Асана — физические позы, работа с телом.
Пранаяма — контроль дыхания, управление энергией.
Пратьяхара — отведение чувств от внешних объектов, «замыкание» внимания внутрь.
Дхарана — концентрация, удержание ума на одном объекте.
Дхьяна — медитация, непрерывное течение внимания (более глубокое, чем концентрация).
Самадхи — состояние слияния, высшая цель практики, «просветление» в терминологии йоги.
Верхние три входят в неё духовной частью, ну а самая верхняя, самадхи, следует, как естественный безусильный итог.